Житейские истории, написанные фломастерами » Фломастерами про литературу

Осужденные на смерть

Владислав Губенко — Fri, 16 Dec 2011 16:58:37 +0000

Вы представляете себе продажу Большой Советской Энциклопедии на вес? Оказывается, за нее можно выручить 25000 наших денег! Все очень просто: собираете ее, например, в связки по пять томов, и несете в пункт приема макулатуры, где получаете по полтыщи за килограмм умных мыслей и полезных сведений. Весь их комплект тянет как раз на 25 тыщ. Вот так недорого стоят нынче знания и мудрость.
А еще на туалетную бумагу пойдут Толстой и Достоевский, Гоголь и Карамзин. Да мало ли хороших писателей, которых можно запросто под нож? Слава богу, много классиков жило и творило перед нами! Не стоит опасаться за нехватку бумажных запасов в ближайшем будущем!
Я помню большое количество букинистических магазинов, которые были полны различной литературой, и где находили умиротворение многочисленные книголюбы. Не поверите, но мне часто снятся походы по моим любимым книжным точкам – на вокзале, возле ЦУМа, на Пушкина, на ярмарке. Я копаюсь на полках, просматриваю томики известных и неизвестных писателей, что-то покупаю, что-то меняю. Кстати, кто-нибудь помнит, что существовал тематический и простой обмен дефицитных и популярных книг, причем у последнего имелось несколько категорий?
На самой верхней полке размещались самые редкие книги. Этой почетной роли заслуживали тома братьев Вайнеров и Стругацких, Эжена Сю и Валентина Пикуля. Чуть пониже стояли тома Дюма, Гюго, Скотта, Сименона, Кларка. Еще ниже – детективы советских авторов, фантастика.
На верхушку я не замахивался, а вот к средним и нижним полкам доступ иногда имел, принося что-нибудь в обмен более или менее стоящее. Букинисты (до сих пор помню их лица!) критическим взглядом оценивали мои книги, а я с трепетом ожидал сурового вердикта. Увы, чаще всего слышал: «Ваша книга для обмена не подходит». Но иногда мне везло – мне разрешалось поменяться, но только на книги из нижних рядов. Вот так я поменял новенький томик «Путешествий Гулливера» на очень старую и потрепанную книгу «Три товарища». И знаете – я чертовски радовался, потому что был уверен – я надурил букиниста, и он не знает истинной ценности «Товарищей».
Теперь же есть приемные пункты макулатуры! Огромные полки заставлены теми же самыми книгами. Иногда мне кажется, что каждый том безмолвно, с огромной надеждой вглядывается в каждого из тех немногих входящих в пункт.
Пришла странная мысль: это что-то вроде приюта бездомных животных. Брошенным и ненужным собакам и кошкам дан срок, за который они должны найти своего хозяина. Если этого не произойдет, то их убьют. Поэтому они все надеются – их кто-то возьмет и спасет. Они бешено виляют хвостами, жалобно скулят, привлекая внимание посетителей приюта: ну возьмите меня, я хороший, я вас буду любить, спасите меня!
Так и книги! Старые переплеты еще пытаются сверкать позолотой, которая, честно говоря, давно уже стерлась, а названия, некогда манящие и недоступные для многих книжных гурманов, теперь практически ни о чем не говорят.
По правде сказать, шансов на спасение у них нет, но они верят. Поэтому, чтобы не убивать их веру окончательно, я останавливаюсь возле приговоренных, перебираю их руками. Но, так никого и не взяв, ухожу с понурой головой – я никого не спас. Глупо, конечно, но я чувствую на своей спине потухшие взгляды смертников. Ведь нам нужно много туалетной бумаги, очень много!!!

P.S. Сегодня пришел ко мне студент и спросил, нужны ли мне книги? Бесплатно отдает, потому что собирается уезжать.
- А есть ли у Вас Жюль Верн?
- Нет, на прошлой неделе сдал в макулатуру.
Слишком поздно, Жюля Верна уже убили…

Ревун

Владислав Губенко — Wed, 30 Nov 2011 15:47:01 +0000

Я прочитал «Ревуна» и был ошеломлен. До сих пор, когда мне грустно и одиноко, я беру томик Бредбери и вновь перечитываю этот рассказ. Для чего? Сам не знаю, ведь «Ревун» не добавляет мне радости, скорее, наоборот, еще больше заставляет грустить. Но красота коротенького рассказа ошеломляет и заставляет взглянуть на жизнь по-другому. Почти каждое слово хочется читать и перечитывать, думать и понимать, что жизнь – удивительная штука, и неизвестно, чего в ней больше – радости или печали. Но она есть, и иногда очень сложно что-то в ней изменить, как бы мы этого не хотели.
Похоже, у каждого из нас есть свой далекий Ревун, который где-то орет в кромешную ночь, а мы пытаемся найти его, двигаясь на тоскливый зов. Но не всем удается добраться до него. А иногда бывает так, что, добравшись, с горечью понимаешь – Ревун надрывно орал не для тебя.

Я сделаю голос, подобный всем векам и туманам, которые когда-либо были; он будет как пустая постель с тобой рядом ночь напролет, как безлюдный дом, когда отворяешь дверь, как голые осенние деревья. Голос, подобный птицам, что улетают, крича, на юг, подобный ноябрьскому ветру и прибою у мрачных, угрюмых берегов. Я сделаю голос такой одинокий, что его нельзя не услышать, и всякий, кто его услышит, будет рыдать в душе, и очаги покажутся еще жарче, и люди в далеких городах скажут: “Хорошо, что мы дома”. Я сотворю голос и механизм, и нарекут его Ревуном, и всякий, кто его услышит, постигнет тоску вечности и краткость жизни”.

Вот такой голос у Ревуна. И услышав его, мы отвечаем тем же.

В этом крике были миллионы лет воды и тумана. В нем было столько боли и одиночества, что я содрогнулся. Чудовище кричало башне. Ревун ревел. Чудовище закричало опять. Ревун ревел. Чудовище распахнуло огромную зубастую пасть, и из нее вырвался звук, в точности повторяющий голос Ревуна. Одинокий, могучий, далекий-далекий. Голос безысходности, непроглядной тьмы, холодной ночи, отверженности. Вот какой это был звук.

А потом происходит всегда одно и то же, ведь по-другому и быть, наверное, не может: один ждет другого, а его нет и нет. Всегда кто-нибудь любит сильнее, чем любят его. И наступает час, когда тебе хочется уничтожить то, что ты любишь, чтобы оно тебя больше не мучило.

И разрушив то, что было так близко, но не твое, мы уходим, чтобы когда-нибудь опять услышать далекий крик Ревуна в ночи, и опять поверить, и вновь нестись к нему. Зачем? А вдруг это он зовет именно тебя, а вдруг это твой Ревун…

Похождения книголюба

Владислав Губенко — Sat, 18 Jun 2011 15:55:09 +0000

Что же, раз обещал я рассказать о том, как покупал книги, то и расскажу. Теперь-то я их совсем не покупаю. Во-первых, это дорого, во-вторых, неинтересно, в-третьих, я начитался вдоволь того, что уже давным-давно купил и теперь пылится на моих книжных полках. Так что, хватит! А еще совсем недавно, каких-то двадцать лет назад все было совершенно по-другому…
Начало моей книжной эпопеи приходится на конец восьмидесятых годов прошлого века. Советский Союз еще был, но медленно и верно катился к своему закату, народ взахлеб зачитывался ранее запрещенными книгами Солженицына, Булгакова, Домбровского, Бабеля и других авторов. Разнообразные зарубежные детективы, приключения и фантастика манили своими разноцветными обложками и громкими именами их авторов.
Да и вообще, поиск книг в то время был схож с увлекательной рыбалкой – я никогда заранее не знал, где можно нарваться на дефицитную книгу. Хотя, здесь я не прав – в нашем городке существовали «рыбные места», где можно было с большой долей вероятности нарваться на косяк из книг, которые просто так в магазине купить было маловероятно.
Но нужно было знать еще и время «рыбалки» – книжный сезон, так сказать, который приходился исключительно на конец каждого месяца. Именно в это время книжные магазины «выбрасывали» (так раньше говорили наши люди) дефицитный товар, чтобы выполнить месячный план по продаже. Понятное дело, что большая часть таких книг уходило из-под прилавка (наши люди хорошо помнят, что это означает), но кое-что перепадало и остальным книголюбам, не попадающих в когорту избранных, которым доставались исключительно «сливки».
Правда, за это удовольствие нужно было платить – либо временем, затрачиваемым на стояние в очереди, либо лишними деньгами. Эти лишние деньги шли на оплату нагрузки – какой-нибудь ерундовой книги, прилагающейся к дефицитному томику. Так была узаконена, по сути, спекуляция. Вот и приходилось, например, вместе с «Мастером и Маргаритой» за 3 рубля 50 копеек покупать какой-нибудь хлам в виде «Сборника стихов молодых поэтов Калмыкии» за 2 рубля 30 копеек. И обходился дефицит в два раза дороже первоначальной стоимости заветной книги, но никто по этому поводу особо не роптал, а наоборот, счастливо прижимал к груди томик, который так удачно приобрел.
Как я уже сказал, все это происходило в основном в конец месяца. Я знал многие «рыбные места», поэтому именно в этот период начинал объезжать заветные точки. Главная из них находилась на площади перед драматическим театром нашего городка и через дорогу от ЦУМа.
Обычно числа 25-го каждого месяца начиналось главное книжное действо: по периметру всей площади выстраивались прилавки различных городских книжных магазинов, и тут уж не робей – бегай от одного прилавка к другому в поисках дефицита.
Кстати, очень хорошо помогала смекалка – хорошенько вглядываясь в общий план книжной ярмарки, можно было прикинуть, где продавался самый-самый дефицит. Это можно было определить по количеству людей, стоящих возле того или иного прилавка – там, где народу больше всего, как раз и продают самые ходовые книги, а там, где никого нет, и ловить-то нечего.
Так как с деньгами у меня была напряженка, то приходилось в чем-то себе отказывать, покупая лишь самые, на мой молодой взгляд, лучшие книги. Особо я любил книги из серии «Мир приключений» (эмпэ, как я ее называл). Во-первых, они были красочные (у каждого томика серии – свой цвет), во-вторых, в этой серии издавались фантастика, приключения и детективы. Одна беда – книжки издавались в мягкой обложке, впрочем, при аккуратном обращении этот недостаток не являлся слишком уж значительным.
Главным же недостатком книг из серии «МП» являлось то, что они пользовались бешеным успехом у книголюбов, поэтому найти очередной новый томик на прилавке было крайне сложно. А если уж нашел и, тем более, купил, то я радовался так, как будто нашел какую-то драгоценность. Не поверите, но за несколько лет я собрал более 50 книг из серии «Мир приключений», и это было, чуть ли, не главное сокровище моей библиотеки.
Рассказ про книжную ярмарку возле ЦУМа я не могу не закончить одной очень плохой историей, которую помню до сих пор. Удивительно, как некоторые моменты нашей жизни навсегда отпечатываются в наших головах.
А дело было так…
Возле одного прилавка с книгами, стояла огромная толпа покупателей. А это был первый признак того, что именно здесь продают самые дефицитные книги. Толпа кипела и гудела, пробраться к прилавку с книгами было очень сложно, но я все-таки туда попал. Приходилось реагировать очень быстро, так как на всех книг не хватало, и они очень быстро раскупались. Мне на глаза попался том Юрия Германа, который я почему-то решил купить во что бы то ни стало.
Поскольку сзади сильно напирали, я замешкался с деньгами. Книга стоила около трех рублей, а я по дурости своей отдал шесть. Как это произошло, я до сих пор не понимаю. Отдав деньги, я вывалился из толпы, отдышался, а потом с ужасом понял, что переплатил в два раза. Казалось бы, три рубля – мелочь, но, извините, для меня это было очень много, на них можно было купить еще какую-нибудь хорошую книгу.
После осмысления всего произошедшего, и дождавшись, пока толпа рассосется, я подошел к продавщице. М-да, теперь-то я понимаю, каким был дураком, но тогда я попытался восстановить справедливость. Подойдя к продавщице, я сказал, что произошла ошибка – я передал ей лишние три рубля. На это, естественно, получил естественный ответ – ничего не знаю, ничего не видела. Я попытался вновь аргументировать, а продавщица же предложила альтернативу – дождаться мне конца книжной ярмарки, затем дождаться калькуляции всего того, что они продали, и, если обнаружится лишняя сумма в три рубля, я их получу.
Не поверите, но я сначала решил так и сделать – стоял, как дурак, возле прилавка около получаса, настойчиво ожидая конца торговли. Ну а потом я понял, что мне придется так стоять часа три-четыре, а потом еще ждать столько же подсчета всей выручки. У меня хватило ума не делать этого, хотя денег было чертовски жалко. Поэтому, сказав продавщице пару ласковых слов (типа, мои деньги вам еще аукнутся), собрав всю свою волю в кулак, прижав купленную книгу к груди, я поплелся на трамвайную остановку.
Ох, как давно это было.

Недавно, перебирая книги в своем сарае (да, вот так, часть книг теперь пылится именно там!), я наткнулся на ту самую несчастливую книгу, за которую переплатил три рубля. Подержав ее в руках, с грустью вспомнил о том, как покупал этот томик, а потом подумал: странно, но со временем некогда дорогое и важное становится простым и малозначительным. Вот такая она, наша жизнь…

Гусиный бульон

Владислав Губенко — Sat, 14 May 2011 14:29:09 +0000

Говорят, эта история произошла с Ходжой Насреддином (думаю, все знают, кто он такой). Однако я не очень в это верю, хотя, с другой стороны, только остроумный Ходжа мог так поступить. Я эту историю прочитал очень давно, а вспомнилась она мне сейчас. Почему, говорить не буду, значит, появился повод, но не о нем сейчас речь. Короче говоря, пересказываю историю так, как я ее запомнил.

Случилось так, что Ходжа Насреддин сильно заболел. А чтобы вылечиться, табибы (врачи) посоветовали ему есть гусиный суп. Поскольку денег у бедного Ходжи не было, то, взяв лук и стрелы, он пошел на охоту.
Увы, он был таким же плохим охотником, как и бизнесменом (в смысле умения зарабатывать деньги) – промаявшись возле озера несколько часов, так и не смог подстрелить ни одной утки. Усталый, голодный и больной Насреддин подошел к озеру, вытащил сухую лепешку, стал отламывать от нее кусочки, мочить их в озерной воде, и, не спеша, есть.
Вот, за таким занятием Ходжу и застал проходящий мимо охотник.
- Что ты делаешь, Насреддин? – спросил охотник.
- Ем гусиный бульон с лепешкой по рекомендации табибов, – отвечал Ходжа.
- Но это же всего лишь озерная вода!
- Что же поделать, если я не умею стрелять, да и денег на гуся у меня нет. Лечиться же как-то надо…

О пользе интеллекта

Владислав Губенко — Fri, 27 Aug 2010 15:05:01 +0000

Сегодня, участвуя в собрании, где обсуждались, возможно, очень важные дела, однако мало интересные для меня, я даром время не терял: почитывал сборник зарубежных детективных рассказов, весьма занятных, я вам скажу.
Особенно мне понравился рассказик про одиннадцатилетних близнецов (мальчишку и девчонку) с высоким IQ и, следовательно, очень умненьких. Не стану пересказывать весь сюжет, так как это тема для отдельного разговора, а вот ту часть, которая мне понравилась особенно, я вам сейчас и поведаю.
В районе, где жили близнецы, промышлял продажей бананов один торговец. Ходил он со своей тележкой по улице, предлагая связку бананов за 13 центов, а две связки – за 25. Чувствуете, в чем здесь подвох? Конечно же, покупая две связки, можно было сэкономить один цент. Мелочь, а приятно!
Но, к удивлению торговца, продажа шла очень вяло, и он уныло толкал тележку впереди себя. Это продолжалось до тех пор, пока к нему не подошли наши близнецы. Они критическим взглядом осмотрели товар и картонку, на которой были написаны цены на бананы, и начали по-взрослому обсуждать проблемы торговца.
После нескольких фраз, они сошлись на том, что торговец в таком темпе особо не заработает. Мало обращая на него внимание, они стали обсуждать между собой, как можно было бы очень просто увеличить число продаваемых бананов и, следовательно, повысить доход предприятия.
В итоге была разработана удивительная по своей простоте, но весьма эффективная комбинация (вот что значит высокий интеллект!): связка бананов по-прежнему продается за 13 центов, а вот две связки – по 27. А здесь чувствуете, в чем подвох?!
Ага, я тоже с первого раза не почувствовал! А потом, пораскинув своими мозгами (увы, с крайне низким IQ), я понял: покупатель, естественно, тоже пораскинув мозгами, в конце концов, тоже понимал, что выгодно покупать по одной связке, так как покупая две, он переплачивает 1 цент. А если он будет покупать сразу много одинарных связок бананов, то экономия, на его взгляд, начнет увеличиваться.
Обсудив все тонкости такого ведения бананового бизнеса, подростки с невозмутимым видом пошли дальше, а торговец, постояв несколько минут в раздумье, взял картонку, перевернул и написал на ее обратной стороне:
1 связка – 13 центов, две связки – 27 центов.
Ну что, поняли, наконец, как детишки элегантно помогли торговцу?!

Бредбери – 90 лет

Владислав Губенко — Mon, 23 Aug 2010 14:06:48 +0000

«Вино из одуванчиков» – повесть, благодаря которой Рэй Бредбери стал писателем на все времена. И вряд ли это произведение можно назвать фантастикой. Так что для меня Бредбери – не писатель-фантаст, а Мастер, создавший шедевры, которыми можно только восхищаться. Жаль, что нынче в моде другая литература. Впрочем, для Бредбери забвение не страшно – его произведения будут читать всегда.

И каждое поколение обязательно (я уверен!) будет читать вот эти строки:
- Сколько Вам лет, миссис Бентли?
- Семьдесят два.
- А сколько Вам было пятьдесят лет назад?
- Семьдесят два.
- И Вы никогда не были молодая и никогда не носили лет и вот таких платьев?
- Никогда.
- А как Вас зовут?
- Миссис Бентли.
- И Вы всю жизнь прожили в этом доме?
- Всю жизнь.
- И никогда не были хорошенькой?
- Никогда.
- Никогда-никогда за тысячу миллионов лет?
- Никогда, – отвечала миссис Бентли. – Никогда-никогда за тысячу миллионов лет…

А потом через десятки лет вновь вернуться к ним, чтобы уже наверняка понять, в чем же заключается смысл жизни. Ведь так хочется попробовать каждому из нас вино из одуванчиков!

Никогда не возвращайтесь

Владислав Губенко — Sat, 19 Jun 2010 18:10:06 +0000

Затерялось мое любимое стихотворение на форуме. Поэтому, чтобы не потерять его окончательно, размещу здесь. Да еще и мое настроение соответствует настроению стихотворения. И почему все красивое вызывает грусть? Наверное, от того, что в голове свербит червем – все хорошее рано или поздно проходит.

По несчастью или к счастью,
Истина проста:
Никогда не возвращайся
В прежние места.

Даже если пепелище
Выглядит вполне,
Не найти того, что ищем,
Ни тебе, ни мне.

Путешествие в обратно
Я бы запретил,
Я прошу тебя, как брата,
Душу не мути.

А не то рвану по следу -
Кто меня вернет? -
И на валенках уеду
В сорок пятый год.

В сорок пятом угадаю,
Там, где – боже мой! -
Будет мама молодая
И отец живой.

Геннадий Шпаликов

Стена

Владислав Губенко — Sat, 08 May 2010 13:02:20 +0000

Навеяно рассказом Артура Кларка “Стена мрака”

Часто ли вам приходилось натыкаться на стену? Идешь себе, идешь, и вдруг перед тобой возникает она, непреодолимая и несокрушимая. Тогда приходится двигаться параллельно ей, надеясь, что она скоро закончится. Но конца стене все не видно…

А еще назойливо свербит мысль: «Что же находится за стеной?» Быть может, она закрывает от нашего мира нечто особенное, то, что нельзя показывать всем, то, что должно охраняться от глаз простых смертных.
Но вполне может быть, что за ней совершенно не то, что мы себе представляем. Быть может, стена построена лишь для того, чтобы мы не потеряли веру. Ведь как приятно думать, что за стеной находится нечто ужасное и великое. И не дай Бог тогда пытаться разрушить эту стену, так как разрушив ее, мы увидим, что за ней ничего нет. И тогда придет конец всем нам, так как вера в великое предназначение стены будет низвергнута и растоптана.
И тогда случится вот так:
“ОН медленно поднял руку, подавая знак. Стена поглотила взрыв, как поглощала все звуки, но ОН на всю жизнь запомнил неспешную грацию, с какой длинные пролеты кладки надломились и рухнули вниз. На миг ему с мучительной отчетливостью представилось странное видение: другая лестница на глазах у другого, такого же, как ОН, распадается на такие же обломки по ту сторону Стены.
Но ОН сам понимал, сколь нелепа эта мысль: ибо кто лучше его мог знать, что у Стены нет другой стороны.”

Слезы капали…

Владислав Губенко — Fri, 16 Apr 2010 12:17:39 +0000

Сегодня заехал в свой старый, знакомый букинистический магазин, в котором я не был, наверное, лет сто. Помню те времена, когда туда я приезжал несколько раз в неделю, в надежде найти интересные книги, или выменять что-нибудь свое ненужное на более ценное.
Я уж и не думал, что этот магазин все еще работает! Ан, нет! Жив курилка! Правда, из всех посетителей в магазине оказался всего лишь я один, не считая продавца.
Скукотища смертельная. Да еще по всему магазину расставлены ведра и плошки, в которые капает вода с потолка (соседи сверху заливают). Но были же времена, когда магазин заполнялся книголюбами всех мастей, и там было не протолкнуться.
Походил я по магазину, побродил взглядом по полкам с разнообразными книгами и собраниями сочинений, и … наткнулся на классический двенадцатитомник Жюля Верна. И тут же воспоминания возвратили меня на тридцать лет назад. Ведь это было то самое собрание сочинений, которое я впервые в своей жизни осилил, чем очень сильно гордился.
Помню, как хвалился среди своих одноклассников, что прочитал все двенадцать томов Жюля Верна. Тогда это было большущей редкостью – найти подписные издания фантастики и приключений.
Мне повезло: по соседству со мной жил большой книголюб, который обладал сокровищами – многочисленными собраниями сочинений, уставленными от пола до потолка его комнаты. И кого у него только не было! Глаза разбегались от коленкоров с фамилиями известных писателей.
Я робко попросил дать мне почитать Жюля Верна. И так, том за томом, я меньше чем за неделю одолел все собрание. Счастья моему не было предела.
Теперь же я смотрю на книги, которые стоят на полке букинистического магазина, и думаю: а не побаловать ли себя опять теми приключениями, в которые я погружался с головой тридцать лет назад? Конечно, то удовольствие уже не вернешь, но, может, я смогу уловить хотя бы на миг тот сладостный аромат детства, который ушел безвозвратно, но иногда напоминает о себе то книгой, то фотографией, то игрушкой.
А капли с потолка в магазине напоминали слезы…

Наказание бессмертием

Владислав Губенко — Tue, 06 Apr 2010 13:32:12 +0000

Когда-то давно я прочитал фантастический рассказ. Кто его написал, я не помню, кажется, был он напечатан в «Искателе» (был такой сборник фантастики и приключений). Сюжет был не очень замысловатым, но концовка рассказа меня впечатлила так, что до сих пор ее помню.
История шла об ученом, который посвятил свою жизнь поиску эликсира бессмертия. Во все времена эта тема была актуальна, а количество книг и фильмов о бессмертии приближается к бесконечности. Так что, более оригинальный сюжет уж и придумать невозможно.
В конце концов, герой рассказа вывел формулу эликсира и его изготовил. Как обычно бывает, он решил проверить на себе действие эликсира, заодно угостив им своего кота. И что же? Вот такого конца истории я не ожидал! Ученый полностью потерял интерес к жизни, так как впереди у него была вечность, и некуда было спешить.
Именно кратковременность бытия человека на Земле заставляет его спешить, спешить успеть совершить поступки, после которых останется хоть что-то, как напоминание о нем для следующих поколений, то, что будет являться смыслом всей его прошедшей жизни. Ведь жизнь, прожитая впустую – самое ужасное наказание, какое можно только придумать, это полное забвение человека. А тут – целая вечность!
Рассказ заканчивается тем, что ученый сел на стул в своей лаборатории, рядом с ним обосновался его кот. Взгляды обоих бессмертных были пусты и не выражали никаких эмоций, ибо ничто не могло их волновать и пугать, и особенно – смерть. Смерть – то ужасное, чего больше всего боится человек, но и то, что заставляет его двигаться вперед, пытаясь от нее убежать, но неуклонно к ней приближаясь.
Все давно позабыли про лабораторию, вход в нее завалило, вокруг все заросло плющом, и уже ничто не напоминало о когда-то здесь работавшем ученом. Но внутри неподвижно сидели рядом человек и кот, покрытые вековой пылью и паутиной, живые и бессмертные во плоти, но умершие душой. И сидеть они так будут вечно…